Истоки кризиса государственных финансов
Коршиков Борис
    Если в краткосрочном плане финансовый кризис в странах Центральной и Восточной Европы вызван падением доходов, то в долгосрочной перспективе основной проблемой представляются слишком большие расходы. Проблема осложняется тем, что характер перераспределения бюджета (особенно в Чехии и Венгрии - странах со средним доходом) близок к существующему в скандинавских странах, в которых показатель ВВП - один из самых высоких в мире. Пока не вполне ясно, в какой степени снижение объема выпуска продукции объясняется структурными факторами и фундаментальными изменениями в экономической системе. К таким изменениям относится то, что государство стало не в состоянии вмешиваться в прежнем объеме в управление государственными предприятиями, а также быстрое изменение долей государственного и частного секторов в структуре ВВП.
    Снижение бюджетных доходов в странах Восточной Европы вызвало многочисленные последствия. Ужесточение режима кредитно-денежной политики (например, в Польше) ограничило ликвидность предприятий. В результате снижения инфляции предприятия освободились от бремени значительной части инфляционного налога, но одновременно возникло финансовое напряжение из-за отсутствия финансирования через бюджет. Более того, в Польше шаги, предпринятые в соответствии с <планом Бальцеровича> (план либерализации экономики) в 1990 г., и похожие меры в Чехословакии в 1991 г. усилили местную и иностранную конкуренцию на внутренних рынках. Причины снижения доходов государственных бюджетов в этих странах имеют системный характер.
    Дезинтеграция системы иерархического управления экономикой привела к сокращению количества социальных групп, противостоящих естественной тенденции государственных предприятий минимизировать прибыль. В Польше директора госпредприятий, отвечавшие скорее перед работниками предприятия, чем перед государством, не имели особого стимула извлекать прибыль, 40% которой они должны были заплатить в виде налога на прибыль. Впрочем, практика показала, что работники польских предприятий в большей степени сохраняли капитал предприятия, чем <проедали> его. Эта тенденция проявилась в том, что показатель общей рентабельности, несмотря на высокие амортизационные отчисления в государственном секторе, был выше нуля.
    В трех рассматриваемых странах администрации предприятий все меньше заботились о долгосрочных перспективах. По мере приближения приватизации наблюдался рост неопределенности перспектив предприятия. Руководители предприятий имели большие возможности участвовать в процессе приватизации в качестве покупателей.
    Снижение доходности государственного предприятия как на бумаге, так и фактически отталкивает сторонних покупателей и расширяет возможности инсайдеров выкупать значительные доли предприятий. Если им становилось ясно, что нельзя избежать перехода предприятия в собственность посторонних лиц, то обычно происходил перевод наиболее ценных активов на баланс внешней компании, которая является собственностью руководителей данного предприятия. Возник эффект, названный <тактикой, ориентированной исключительно на приобретение собственности>. Но концентрация усилий управленческого персонала на этом направлении не может не приводить к снижению прибыльности обычной деятельности фирмы.
    Реструктуризация, так же как и приватизация, привела к сокращению величины налогооблагаемой прибыли предприятий. Предприятия интенсивно переводили чистую прибыль в резервы для реструктуризации, которые не могут облагаться налогом. Введение новых норм амортизационных отчислений также снизило фактическую ставку налога на прибыль. Впрочем, успешная реструктуризация, вероятно, сыграет существенную роль в улучшении налоговой базы рассматриваемых стран, но это произойдет в среднесрочной перспективе.
    Принципиальное значение с точки зрения макроэкономики начинает играть политика заработной платы: чем ниже средняя по стране заработная плата, тем больше шансов поддержать прибыль предприятий на таком уровне, который сделает возможным финансирование структурной перестройки и получение большей суммы налогов в краткосрочной перспективе. Хотя во всех трех странах средняя реальная заработная плата в национальных валютах уменьшилась, в долларовом исчислении она выросла, поскольку курс валют в реальном выражении повысился.
    Высокие ставки реальной заработной платы в Польше являются отражением успеха рыночных преобразований в экономике и довольно мягких ограничений по заработной плате в связи с сильной позицией профсоюзов.
    Наибольшего успеха в ограничении уровня заработной платы добилась Чехословакия, получая сравнительно большие поступления от налога на прибыль в процентном отношении ко всем видам доходов бюджета. Однако, хотя государственные предприятия успешно создавали необходимые для реструктуризации ресурсы, фактическая реструктуризация там происходила вяло, о чем свидетельствовал очень низкий уровень безработицы. В некоторой степени ситуацию выправлял существенный вклад иностранных инвесторов в экономику страны.
    Рост частного сектора в рассматриваемых странах был взрывообразным. Но именно это обстоятельство стало еще одной очевидной причиной снижения доходов государственных бюджетов. Вместо нескольких десятков тысяч государственных предприятий, которые составляли базу налоговых сборов в прошлом, налоговая служба столкнулась с сотнями тысяч новых фирм, каждая из которых стремилась избежать налогов. Возникла необходимость быстро пересмотреть методы работы налоговой службы. Если в прошлом счета каждого государственного предприятия, платившего налоги, изучались индивидуально, то новые условия требовали разработки механизма западного типа, использующего для контроля метод случайной выборки.
    Однако осуществить за один день необходимые изменения в системах, организации и образе мыслей участников экономических взаимоотношений невозможно. Можно было ожидать постепенного изменения величины собранных налогов, по мере того как налоговые органы приспосабливались к новой ситуации. Но потребовалось немало усилий, чтобы избежать массового укоренения привычки к уклонению от уплаты налогов, приобретенной в первые годы переходного периода. Конечно, за уклонение от уплаты налогов применялись все более строгие меры наказания, но они принимались и вызывали желаемый эффект лишь постольку, поскольку сопровождались хотя бы некоторым снижением предельных ставок налогообложения.
    Таким образом, в первые годы переходного периода общая величина доходов государственного бюджета резко сократилась. В наибольшей степени это относится к Чехословакии, где согласно расчетам МВФ общие доходы государства снизились с более чем 70 до 52% ВВП за первые четыре года реформ. В Венгрии снижение было менее значительным, частично потому, что основные элементы рыночноориентированной налоговой структуры были созданы одновременно с началом реформ. Венгрия была единственной страной, где индивидуальный подоходный налог, налог на прибыль и налог на добавленную стоимость действовали еще до 1989 г.
    Налоговые системы и предельные налоговые ставки в этих трех странах сходны. Налог с прибылей корпораций и предельные ставки подоходного налога варьируются от 40 до 50%. Налог на добавленную стоимость постепенно превратился в важный источник доходов. Его ставки в Венгрии самые высокие. Система социального обеспечения повсеместно представляет собой самое большое налоговое бремя, что приводит к пропорционально более высокому налогу на заработную плату (в Чехии несколько ниже, чем в Венгрии и Польше). Налог на фонд заработной платы и налог на зарплату в этих странах являются важными компонентами доходной части бюджета.
    Таким образом, сужение базы налогообложения привело к росту бюджетного дефицита. Несмотря на то что политика банков в области кредитования предприятий становилась все более осторожной, стоимость кредитов постепенно снижалась и уменьшались проценты по стоимости обслуживания государственных займов, в абсолютном исчислении спрос правительства на денежные средства возрастал, а доля дефицита бюджета в процентах от ВВП увеличивалась. Безусловно, масштабы этого процесса в рассматриваемых странах значительно меньше, чем в России. Но и в них единственным способом изменения неприятной тенденции является резкое сокращение государственных расходов, которое должно быть беспрецедентным по своим масштабам.